Mister Salamandeaster's Leisure

Ein brüllender Mann verwandelt sich in eine Muschel.

                                          

Увіснія Токармен

Ogni chiocciola vorebbe cavalcare una scarpa!

Feels like Eaturday

Hoffe zu hören

singen Sie auf

Deutsch

Дитячі в лісі

голоси лунають

Квіти Зла

Agenda di un Impostore: Febbraio 2021, Charlie and his Wife

 .Так образуются ночи, когда мальчик думает о том, что он подкидыш

("Я смотрю в прошлое", Олеша Юрий Карлович, 1929)

- Сдавайтесь, вы окружены!

Чарли не мог рассмотреть, кто произнёс эти слова.

Голос тоненький, звучит комично угрожающе, почти мультяшно. Вокруг мелкий песчаный пляж, невысокая бледно-зелёная растительность с сухими и свернувшимися в интригующие косички остриями-верхушками, искривлённый ствол то ли обгоревшего, то ли выброшенного на берег волной дерева - вероятно, ивы, может быть, абрикосового, как бы то ни было, ствол перекрывал дальнейший путь - к просёлочной дороге и, оставалось надеяться, дожидавшейся там машины.

"Оставалось надеяться" - это потому, что, если верить тоненькому, срывающемуся на писк, голоску, Чарли был окружён неизвестным противником или, скажем, владельцем данных территорий. Автомобиль мог вполне послужить указание на присутствие посторонних. "Какая неосторожность с моей стороны!" - Чарли мысленно провёл правой рукой по лицу.

Жена Чарли, имени которой озвучивать не предполагалось повествованием, держала левую руку наготове возле сумочки из оленьей кожи; внутри скрывался, подобно улитке, забравшейся, вместе со своей собственной, в другую, большую раковину, чтоб там, в кои-то веки, сбросить со спины естественное укрытие, изящный лазерный распылитель.

У жены Чарли - рыжие волосы, глубоко-синие глаза, напоминающие хаски своей навязчивостью; можно смело утверждать, что жена оставалась Чарли по-собачьи верна, на протяжении 17 лет исполняя функции ещё и грамотного телохранителя (как владевшего грамотой в виде докторской степени в юриспруденции, так и с исключительной тактичностью исполняющей свои обязанности по сохранения мужней телесности и семени его от посягательств цивилизованного и недостаточно общества), каковому не позавидовал бы редкий избранный демократическим путём.

Чарли предостерегающе поднял руку, повернув ладонь в сторону жены. Не следовало тратить заряд, когда местонахождение оппонента неизвестно.

- Бросьте оружие и ложитесь в песок!

Чарли посмотрел на новенький shy-phone, экран начал автоматически светиться под его взглядом; бросать гаджет в песок, каким бы защищённым от внешней среды тот ни был, не хотелось.

- Повторяю, бросьте оружие, куда-нибудь за дерево, а затем ложитесь животом на песок, точно там, где стоите!

Жена Чарли медленно сдвинула сумочку на бедро и стала наклоняться.

Чарли, не зная, как объяснить, что в руке у него вовсе не оружие, а источник информации, такой важный для каждого современного человека, только нерешительно согнул колени; будто малюсенькая пчёлка ужалила его в самый кончик носа - Чарли вскрикнул, орган обоняния стал быстро увеличиваться в размерах.

- Это предупредительный выстрел, следующие будут направлены в более уязвимые места, так что следуйте примеру вашего партнёра!

"Они, возможно, не знают, что она моя жена и мой телохранитель, это нам на руку".

Чарли не решался коснуться распухшего носа, в глубине которого пульсировала, постепенно увеличиваясь, охватывая большую площадь, боль. Не выпуская гаджета, Чарли опустился на колени, испытав неприятное чувство пошатнувшегося достоинства - не столько перед настоящим положением своим, сколь перед тем, что ему ещё предстоит заключить до конца дня несколько выгодных сделок с серьёзными людьми; приходить на такие встречи с замаранными коленями - не лучшее решение.

- Послушайте, давайте придём к каком-нибудь консенсусу, мы ведь культурные.. люди?

Чарли ориентировался в своём обращении то ли к лежащему дереву, то ли к видневшемуся в отдалении фонарному столбу, на одной из сторон которого нарос лишайник.

- В песок!

- Даже если не люди, создания..

- Лечь!

- Прошу вас, мне предстоит сегодня ещё несколько деловых встреч!

- Если вы не уткнёте оба ваших детородных органа в пляж через 30 секунд, мы открываем огонь!

Супруга Чарли издала лёгкий смешок, раздвинула ноги пошире, обнажив тренированные ноги, обтянутые неразличимыми при свете дня нейтронными колготками.

Чарли правую ладонь опустил в песок - холодный и влажный, хорошо прилипает, вероятно, обладает специфическим, морским, даже рыбным запахом; вздохнув, Чарли, стараясь держать левую кисть с гаджетом изогнутой вверх, опустился на локти - помимо них, в песок упирались кончики его туфель и колени. Чарли внезапно стало смешно, вспомнился эпизод из детства, когда он в подобной позе симулировал "планку", стоило учителю отвернуться к одному из его одноклассников.

- Песок должен соприкасаться со всем вашим телом.

Голосок стал значительно ниже и спокойнее.

Чарли посмотрел в сторону супруги, к своему удовольствию обнаружив, что он может увидеть её лиловые трусики, прикрывающие белую новенькую прокладку. "Если у неё уже срок, откуда столько терпения?" - подумалось Чарли, касающемуся правой щекой коричнево-жёлтой массы, напоминающей какой-нибудь самодельный скраб с кофейной гущей.

Боль достаточно быстро расползлась по поверхности всей головы, пробежала по позвоночнику, достигла больших пальцев.

Смесь запахов из собственного одеколона и стрессоустойчивого геля после бритья перебивал возможные неприятные ароматы, исходившие от не так давно самого популярного в Регионе пляжа.

...

Совершенно непредсказуемо возникшая цитата, перенесённая в эпиграф (не являющийся вполне классическим, поскольку чаще он открывает ту дверцу, что оставалась закрытой в процессе сочинения, сплетённого не с дверной ручкой, а всего-навсего колокольчиком, оповещающим посетителя о том, что он таки "пришёл"), возможно, требует пояснения. Закавыка в том, что пояснение не дастся столь просто, а время затрачивать на рефлексию и спекуляции в текущем режиме - не достаёт хотелки.

Юрий Карлович Олеша - не самый обольстительный, в моём случае, автор. Причина чему, наверное, в том, что он как-будто слишком старается быть обольстительным, в то же время не теряя искренности и прямо-таки мальчишечьей прямоты.

Отец бы сказал, что-то вроде: "он написал и его уже нет, остаётся принимать таким, какой есть" - лишний раз убедив в неотлаженности работы  взаимопонимательных механизмов между детьми и родителями, поколениями в принципе. Не открою (выбрык!) Веспуччи, сказав, что критика нередко связано с процессом анализа критикантом собственных переживаний в связи с возникшими (воображаемыми, но близкими) отношениями между ним и (описываемыми) автором (ситуациями).

Этакая "Обратная Гуссерлиада" - всё, выносимое за скобки, в скобках остаётся и преподносится в качестве возможного (и желательного, поскольку всякое примечание навязчиво) прочтения.

"Agenda di un Impostore": Agosto 2020

Молодой человек слишком сентиментален.

Но если отойти от "возрастных ограничений" (каковые никогда не служат цели ограничить чьи-либо способности или свободу, но - реакцию со стороны случайного\нежеланного\невинного свидетеля), то человек остаётся двуличен и наедине с самим собой.

"Двойные стандарты" просматриваются во всяком принимаемом решении - и нельзя сказать, что хоть одно из них был окончательным.

Молодой человек, упражняясь во владении восточными боевым орудием (ранее использовавшимся собирателями риса по назначению), замечает парочку улиток, пытающихся пересечь площадку 3 на 3 метра, которую молодой человек часто выбирает для занятий (в связи с двумя как-будто несовместимыми преимуществами: изолированность и в то же время непосредственная возможность видеть, слышать, обонять людей, их досужие беседы, попытки представляться искренними в глазах собеседника). Вернее, молодой человек видит одну улитку, и у него создаётся впечатление, что та проведала о присутствии молодого человека, распознаёт в нём (им самим не распознаваемую) угрозу - старается держаться тактично по отношению к ней (не так ли, будто и сама улитка является угрозой, как способная свидетельствовать против человека в суде?). Затем молодой человек видит другую улитку, передвигающуюся не лишённым элегантности ползком (даже спешно), не обращая на дисциплинарные практики молодого человека ни малейшего внимания (вероятно, что она сталкивалась и с более грозными особями - и это благополучно разрешалось).

Молодой человек, испытывая неподдельное удовлетворение при виде такой, для него самого нередко недостижимой храбрости, отдаётся занятию с большим усердием.

Если бы в этот самый момент тот же молодой человек прознал (каким-либо сверхъестественным или инновационным образом) о том, что семейство ему подобных (людей) где-либо на протяжении всего прогулочного пути, ничтоже сумняшеся, отправило большой объём экологически неблагополучных отходов в ближайший (едва ли успевший поблекнуть листвой к началу августа) кустарник - молодой человек с величайшим трудом бы удержался от того, чтобы со всем требующимся в подобной ситуации тактом предложить главе семейства (находится ли глава во главе - это дело фамильное) выступить оценщиком, судьёй (из присяжных, конечно), даже стать первым дегустатором, во мгновение ока, на одном воодушевлении сконструированных и до крайности дипломатических приёмов - непосредственных свидетельств того, что месяцы, проводимые в "изоляции изоляции" (segregazione) - не напрасны.

Молодой человек, без сомнения, увлечённый совершенствованием своих навыков и обществом двух привлекательных моллюсков (clam, accompanied by pair of snails, called by him 'clams' behind their shells) едва ли вспоминал о том, что горячее сердце и холодная рука неотступно преследуют его вот уже почти как десятилетие (рука становится теплее час от часу, сердце же пламенеет с таким постоянством, что в исключительно жаркие дни вынуждено выбираться наружу, побродить среди декораций, дабы не стать одной из них - в то время как рука предпочитает дождливую погоду, в какую, маскируясь элементом тех же декораций, она может исполнять и воплощать свои, нередко идущие в разрез с задумкой съёмочной группы и всего актёрского состава, мечты и капризы). И тем более внушительное влияние оказало охватившее его меланхолическое чувство (sensibilità melancholica) при виде той самой улиточки, что проявляла завидную доблесть - раздавленной одной из подошв (молодой человек так и не нашёл в себе сил и достоинства посмотреть, какой именно) кроссовок молодого человека.

Конечно, указанное чувство молодой человек мог, при благоприятном стечении обстоятельств ("благоприятном" с точки зрения чьей? - полюбопытствовал бы скептик), что называется, "перерасти" с чёртову дюжину лет назад, однако - этого не произошло.

Молодой человек привык иметь дело с тем, кем он является в текущий момент, а не с тем, кем он мог бы быть, но не стал.

К счастью, улиточка выжила (по крайней мере, уходя, молодой человек утешал себя этой мыслью - её рожки будто шевелились, оценивая ситуацию, когда, очищенная от наиболее крупных осколков недавнего жилища, перенеслась, зажатая между указательным, средним и большим пальцами, точь на маршрут её сотоварища - или соратницы), но простила ли (Enchanting Clam of August 2020) она молодому человеку невнимательность и (переливающий через край, вырывающийся из-под контроля бакалаврской цивилизованности) энтузиазм в проявлении эмпатии по отношению к уступающим ему объёмами (тела, не духа) живым созданиям?

"Всякое несходство пробуждает деятельность, и вот уже не шаркаешь ногами, идя по гладкой дорожке парка, а скачешь по тропинке, вьющейся среди скал" (№45, Москва, "Искусство", 1981)

Так ли необходима точка в конце цитаты? Не лучше ли было ставить точку перед ней? В конце концов, тот, кого цитируют - уже произнёс эти слова. Такая точка могла бы выполнять и роль кавычек - необходимость в них остаётся для прямой речи. Цитата же в прямой речи перестаёт быть тем, чем она является в письменной - чужими словами.

Конец всякой цитаты должен оставаться открытым - сама по себе она замкнута, чего вполне достаточно для любителей построения философских и социальных систем на основе лишней чашечки кофе, не слишком качественного табака или мельтешащих за окном, вместо осенней листвы, долговых расписок.